Домой Мысли Скрипучее дерево два века стоит.

Скрипучее дерево два века стоит.

0 1200

ocheredСуббота. Больница. Приемный покой. Старое здание,  до потолка  высота три с половиной метра, под  самым потолком какая-то нелепая труба, квадратной формы, по всему периметру. Рядом с дверь огромное окно,  конструкции 50-х годов прошлого века, возле окна в деревянной кадке древний фикус, ему уже лет 20 не меняли землю.  Фикусу до смерти надоела его кадка, он бы уже давно упал и умер от старости, но  в его кадку воткнули деревянную ручку от поломанной  швабры и привязали к ней бинтом. В коридоре полтора десятка стульев. Свободных  нет – коридор забит битком. Заболевших, в субботу, людей привозят на скорой помощи, привозят родственники,  из очереди их вызывают, выводят, или выкатывают, а потом согласно какому-то правилу возвращают обратно. Заболевших  маринуют долго.  Иногда в коридор выносят стаканчик с непонятной жидкостью, торжественно объявляют фамилию приговоренного его выпить, и он, не смея противиться оному приговору, без дальнейших вопросов  вмазывает содержимое.  Я бы вмазала, если б мне принесли водочки, у меня перелом, но, (обезболивающее мне не  положено – господь терпел и нам велел), этого не случиться не может. Вот распахивается дверь, все взгляды только на нее, огромная медсестра, похожая на гренадера времен Петра Великого, натягивая резиновые перчатки, вызывает бедную бабульку, согнутую  временем, она  семенит за гренадером медсестрой, явно не понимая, на кой ляд той перчатки, и в каких местах ее теперь будут ими щупать. В коридоре  каждый успел рассказать  про свою болезнь, и каждый высказал свое мнение по поводу болезни  каждого. Тетке возле фикуса, известно про все  болезни, она ими всеми переболела,  перенесла и пережила, и для всех  у нее есть отдельный  дельный совет. У меня появилась мысль добавить в обсуждение какую-нибудь чисто мужскую болезнь, чтоб выслушать как же тетке ею болелось, и как она излечилась, но ничего не придумывается, кроме аденомы простаты. Пока медсестра перчатками хватает бабульку за разные места, внучка ее, девочка лет восьми объявляет, что она живет с бабушкой и папой, она единственный в семье ребенок и что это просто классно, жить без сестренок и без братишек, и без мамки, все равно толку от нее не было, она запойная.  Тут вся больные  начинают уговаривать ее изменить мнение, перебивая и торопясь доказывают как классно иметь братьев и сестер, а мамка тоже может совершенно неожиданно  очухаться и бросит бухать, совсем. Больные-миротворцы не понимают, что от девочки,  в этом ее детском горе,  ничего не зависит. А девочке все доказательства до лампочки, она улыбается и спокойно по-детски радуется тому,  что ей удалось привлечь внимание толпы. Где-то там, на крыльце, ее папа, он привез свою мамашу,  бабульку,  нарисовался на минуту в коридоре, а потом свинтил покурить  и с концами. Не знаю, сколько сигарет он там за полдня искурил. Рядом со мной пузатый дядька. Рядом с ним огромная спортивная сумка, а в ней, по всей видимости, все его приданное вещи для выживания в больнице: спортивный костюм, бокал, пижама, зубная щетка, носки, трусы, шмат сала, пакет с придавленными булочками, фотография жены. Он пришел остаться в больнице, надолго. Дядька долго слушал, как жалуются на бесконечные болезни тети, а потом выдал:

- Скрипучее дерево два века стоит!

Больше он не сказал ни слова. А его не оставили в больнице. Да, и вообще всех погнали домой, включая и меня, не найдя перелома, правда потом они как-то случайно обнаружили его и сами приехали ко мне домой, отругать, что прохлопала перелом со смещением, кроме одной оцепеневшей тетки, которую, казалось, случайно обнаружили среди обломков только что рухнувшего самолета, и на ней,  что  само по себе чудо,  ни царапины, но она никак не может в это поверить.

 

Нравится(1)
Скрипучее дерево два века стоит.
0 votes, 0.00 avg. rating (0% score)

НЕТ КОММЕНТОВ

Leave a Reply